Добавлено: 2011-10-11

«Время и мы. № 122» (1993)


Год выпуска: 1993.
Место издания: Тель-Авив.
Издатель: Время и мы.
Количество страниц: 155.


Публикация сохранена нами в текстовом pdf файле.


Ссылка на файл / Link zur Datei
Размер файла: 2.17 Мбайт




Эта страница просмотрена 3560 раз(а).

Электронную публикацию подготовил(а): Давид Титиевский


СОДЕРЖАНИЕ
ПРОЗА
  • Зиновий ЗИНИК. Десант в Колюре
  • Владимир ДУШСКИЙ. Павел Иванович
  • Лорен АЙЗЛИ. Течение реки
ПОЭЗИЯ
  • Женя КИПЕРМАН. Поэма
  • Денис НОВИКОВ. Проточная вода
  • A. ЛЕИН. На губах у ночного дождя
ПУБЛИЦИСТИКА. СОЦИОЛОГИЯ. КРИТИКА
  • B. БОГОЯВЛЕНСКИЙ. Испытание
  • Эраст ГЛИНЕР. Стихия с человеческим лицом?
  • Алексей АБРИКОСОВ. Я никогда не вернусь в Россию
  • Виктор ПЕРЕЛЬМАН. Крушение Шермана Маккоя, хозяина вселенной
ИЗ ПРОШЛОГО И НАСТОЯЩЕГО
  • Елена ИГНАТОВА. Венедикт
  • Хаим СОКОЛИН. Повесть об израильской нефти
ВЕРНИСАЖ "ВРЕМЯ И МЫ"
  • В. ПЕТРОВСКИЙ. Слово артпартии "Правда"
ВЕНИЧКА ЕРОФЕЕВ
Венедиктовы места работы тоже были экзотические. Я запомнила название одной из них — пропитчик. Как-то подобралась бригада пропитчиков (они пропитывали огнеупорным составом балки и перекрытия в домах) из московских литераторов. Все они, кроме того, были людьми пьющими. Об этой и других работах я знаю только понаслышке, но один эпизод из трудовой биографии Венедикта мне запомнился. Я приехала в Москву на день, Венедикт был на дежурстве, и мы условились, что я зайду к нему на работу. И Галя, и Венедикт подробно объяснили, как его найти. И вот летним утром я отправилась в путь. Доехала до окраины, до проспекта, уходящего за горизонт. Жилые дома кончились, на другой стороне было кладбище, а на моей — бесконечный бетонный забор. Пройдя мимо него с полкилометра, я засомневалась: судя по кладбищу и забору, я шла правильно — мои друзья работали именно в таких таинственных местах. Но что-то слишком много колючей проволоки, прожекторов и телекамер было на этой ограде. И нигде не было видно входа. Несколько приуныв, я тащилась мимо забора. Проволока наверху гудела под током. Вдруг впереди открылись ворота, и пока я бежала к ним, оттуда выехал бронетранспортер. Бронетранспортер в те времена, среди бела дня на московской улице — такого не могло быть даже там, где работали мои друзья.
Часовой объяснил, что нужный мне дом — следующий, а не этот, за забором, потому что этот — без номера. Когда я, наконец, отыскала его, Венедикт поджидал на улице. И я еще раз подивилась странности нашей жизни. Среди послевоенных жилых бараков-развалюх, где вход в квартиры прямо с улицы, а окна в полуметре от земли, стоял огромный высотный дом с пандусами, подземным гаражом, какими-то стеклянными галереями. Венедикт служил в этом доме консьержем. В его дежурке на столе лежали словари и пухлый немецкий том. Он в это время занимался немецким. Проходившие мимо жильцы поглядывали на него с уважением и интересом. Они сновали мимо его комнатки, выводили здоровенных собак, оставляли записки. Они были бодры и подчеркнуто доброжелательны. Худоба и высокий рост Венедикта особенно бросались в глаза рядом с этими солидными крепенькими людьми. Я обратила внимание на то, что большинство из них было ниже среднего роста. Венедикт сказал, что ничего странного нет — в этом доме живут космонавты.